– Насколько?
– Ну… другой. Я же ей не верный братишка, чтобы знать ее так уж хорошо, но она изменилась – это точно. Рифус потому и согласился взять ее с собой, потому что она стала резкой, злобной, постоянно спорила с ним. А у астанских принцесс, как я понял это не в чести. В общем, он боялся оставлять ее без присмотра в Астании. Взял с собой, но они даже по пути с братом повздорили. Она сейчас с ним почти не общается и боится, что он узнает, ради чего она здесь.
– И она здесь ради того, чтобы уговорить меня открыть врата, – задумчиво сказал Фредрик. Уж слишком безумной казалась ему цель Лундес. Вероятно, ему было проще поверить, что он неверно понял. – Вот что. Скажи, Трифон, ты видел город?
– Не стану лукавить: нет, не видел. Не было там ничего в пустыне, если говорить честно. Но она пропала – это факт.
– Ее могли переместить куда-нибудь, а затем, если она изменилась, то сотворили с ней что-нибудь, – Фредрик выдержал паузу, кое-что обдумав, а затем спросил: – Она не будет ничего предпринимать, пока не поговорит со мной?
– Уверен, что нет. Но стоит ей узнать, что вы здесь, и она накинется на вас с уговорами. Пока вас не было, она просто сходила с ума от того, что дело стоит на месте. Она всерьез начинает меня пугать своими планами. И я хочу сказать, что я на вашей стороне в этой войне.
Фредрик объяснил:
– Нет никакой войны. А она, быть может, правда под властью какого-нибудь зелья. Возможно, ей внушили что-то. Или она действительно могла сойти с ума. Пустыня – жестокое место для неподготовленного существа.
– Думаете, города все же нет?
– А ты, как участник событий, что думаешь? – спросил Фредрик.
– Я не видел. Это все, что могу сказать.
– В таком случае, она подождет до утра, – решил граф. – Если она сумасшедшая, то жаль Рифуса. В любом случае, Трифон, спасибо за информацию. Но за тобой будут приглядывать, надеюсь, ты это понимаешь. – Фредрик потушил белый шар, а затем вместе с Трифоном вышел из конюшни.
Мглистый был доволен своим поступком, а Гаус понял гораздо больше, чем его собеседнику могло бы показаться. Граф лишь выглядел спокойным, но, шагая к замку, он снова и снова мысленно повторял: «Фавластас».
Еще никогда прежде Фредрик не передвигался по своему собственному замку с такой осторожностью. Он не хотел, чтобы Лундес появилась на его пути раньше времени. Сначала он намеревался все обдумать и решить хотя бы для себя, была она сумасшедшей или то, что рассказал Трифон, все же могло оказаться правдой. Граф направлялся в хранилище книг, что располагалось в конце коридора за тяжелой двойной дверью. Такой массивной, что уставший в дороге Фредрик очень медленно открыл одну из створок. Зал был огромен. Казалось, там хранились тысячи книг. Они были повсюду, так же как и полки со шкафами для их размещения.
– Граф, – поприветствовал его невысокий мужчина лет пятидесяти – хранитель книг. Он слегка наклонил голову в приветствии. – Это хорошо, что вы вернулись. – У хранителя был спокойный приятный голос. Фредрик устало прикрыл глаза. Он удерживался ото сна изо всех сил, но голос хранителя был уж слишком спокойным.
– Уже утро, хранитель Веребер, – сказал страж. Первые лучи солнца и в самом деле тускло пробивались через небольшие окна. – Будет лучше, если вы отдохнете и оставите меня здесь одного.
– Как прикажете, граф, – хранитель охотно согласился и медленно выпрямился. Приказы не оспаривались, особенно если они исходили от членов графской семьи.
Когда хранитель покинул зал, Фредрик обогнул стол Веребера и огляделся, затем уверенно двинулся вбок между рядами шкафов и вскоре и вовсе пропал среди обилия полок и книг. Он точно знал, что искал и где следовало это искать. Прошло не более двух минут, а граф уже держал в руках старые свитки, такие старые, что, пожалуй, нужно было уметь правильно касаться их. Они могли рассыпаться.
Фредрик вернулся к столу хранителя и, отложив стопку книг в сторону, развернул один из свитков. Некоторое время он напряженным взглядом выискивал информацию. Усталость давала о себе знать: ему непросто было сосредоточиться. Глаза совсем потускнели. В полутьме они казались то ли серыми, то ли зелеными, пропал диковинный магический блеск, который придавал его радужкам цвет морской волны. Белая магия обладала голубоватым свечением, но в то утро у графа совсем не осталось силы. Магия – энергия, и ее необходимо накапливать и беречь, так же, как и физическую силу.
Он и сам не ожидал, что настолько устал. Не стоило ему опускаться в кресло, сон тут же окутал его. Шелест бумаги и громкий скрип массивной открывающейся двери хранилища заставили Фредрика открыть глаза. Он выпрямился в кресле и поспешно свернул свитки, отложив их за другие книги.
– Фредрик? – То был его старший брат.
– Констар, – Фредрик улыбнулся и поднялся из кресла. Его рука все еще лежала на свитках, но он потянулся обнять брата.
– Мне только что сообщили, что ты приехал и отправился сюда. Признаться, я удивился.
– Как вы? – поинтересовался Фредрик.
– Нормально. В самом деле, если ты приехал из-за нас, то не стоило беспокоиться.
– Значит, приехал зря?
– Нет. Ни в коем случае, – Констар тоже улыбнулся. – Отец будет очень рад. Он беспокоился. Все, что он знает о тебе, это то, что два месяца назад ты умчался в Тредат, потому что Элестер сообщил тебе о вратах. Они и вправду не в порядке?
Фредрик перестал улыбаться.
– Сложно сказать, – признался он. – Кое-что странное происходило, правда, сейчас все в порядке. Но… – Фредрик задумался, затем сказал: – Помнишь, я говорил тебе, что у врат есть потоки? Они исходят от их защитного поля. Эти потоки создают сильное давление возле створок. Обычно оно такое, что простой, неподготовленный человек не сможет долго противостоять ему, его отбросит от врат или расплющит. А еще там большие перепады температуры.
– Больше похоже на зону пыток, – мрачно изрек Констар.
– Врата и есть зона пыток. – Фредрик серьезно смотрел на брата. – Но нас учили противостоять потокам, и мы легко могли там находиться.
– Не думаю, что так уж легко.
– Нам легче делать это, чем другим, – просто добавил Фредрик. – Но как раз месяца два назад потоки усилились, теперь и нам стало значительно тяжелее их сдерживать.
– Это значит, что поле ослабло?
– Напротив – усилилось. Так оно устроено. Когда напор створок возрастает, то и поле усиливается.
– Хочешь сказать, что врата пытаются прорвать изнутри?
– Не знаю. Знаю лишь, что потратил два месяца на снижение давления. В итоге нам это удалось, поэтому я здесь, и поэтому я не переместился, а добирался сюда долгие дни верхом.
– Ты истратил всю магию? Как ты? – взволнованно поинтересовался Констар.
– Я отдохну, и магия восстановится.
– Скажи честно, Фред. У тебя проблемы?
– Почему ты спрашиваешь?
– Ты только приехал, но уже в хранилище книг. Если все действительно вновь в порядке, то почему ты не отправился в свои покои отдохнуть? Должно быть, что-то важное, раз ты прямо с порога отправился сюда. На тебе дорожный плащ, у тебя сонный, измотанный вид. Ты сам только что сказал, что провел два месяца, сдерживая врата. В чем проблема?
Фредрику на раздумье понадобилась пара секунд. Он обнял брата, слегка встряхнул его за плечи и сказал:
– Все нормально. Главное, что мы нормализовали поле и потоки. Просто вспомнил по пути пару особенностей врат и решил проверить их, пока не забыл.
– Проверил?
– Да. И ты прав. Стоит все-таки снять дорожный плащ. – С этими словами Фредрик направился к выходу из хранилища. Он уже был возле двери, когда Констар заметил:
– Ты никогда не лгал мне и советовался со мной, даже когда речь шла о магии. А ведь я не маг. Если ты не хочешь говорить, что происходит…
– Правда, все в порядке. – Фредрик обернулся.
– Если так, то хорошо. Если что, ты всегда можешь обратиться ко мне за советом. Я просто хочу напомнить тебе об этом.
– Конечно, обращусь, если что, – согласился Фредрик.
– Фред, отдохни, а не ограничься переодеванием в графские туалеты. Ты все равно не перестанешь быть верховным стражем от этого.
– Оттого, что переоденусь в графские туалеты?
– Оттого, что отдохнешь. Люди иногда это делают, если ты не знал. Спят.
Фредрик кивнул:
– Рад, что я дома.
– Кстати, у нас гости. Рифус Эверли и его сестра. – Констар выпрямился, сцепив руки за спиной. Ему было интересно, как его брат отреагирует на весть о присутствии в замке принцессы. Из-за Рифуса за пределами Астании Лундес действительно долгое время воображали недосягаемой ценностью.
Фредрик уже почти покинул зал, когда услышал это. Он на миг замер, затем взглянул на дверь и быстро вернулся к брату, спросив негромко:
– Что ты думаешь о ней?
– О ком?
